Биография Игоря Тамм

Вирус от летучей мыши

Памятник Игорю Тамму работы скульптора Александра Миронова в Национальном исследовательском ядерном университете «МИФИ». Фото: wikipedia.org

Может быть, именно благодаря позиции «небожителя от науки» для Игоря Тамма не существовало «железного занавеса». География его путешествий по миру была уникальна для советского человека, он, кажется, перемещался через границы с той же удачливостью, с какой в юности выходил из расстрельных камер контрразведок…

Конечно, в основном это были не путешествия, а рабочие поездки. Конференции, семинары, симпозиумы… Почти всюду — на своём языке. Тамм, помимо английского, отлично знал немецкий, неплохо говорил по-испански и по-голландски. Но настоящие путешествия, его страсть до самой старости — горные вершины и глубокие пещеры всего мира — занимали у Тамма все оставшееся от работы время.

Альпинизмом он увлекался с начала 20-х годов, поднимался с друзьями на ледники и вершины Кавказа, покорял хребты Памира. Занимался поисками снежного человека и легендарных сокровищ пещеры Мата-Таш, куда в 1957 году организовал на собственные средства экспедицию. По одной из версий, именно пещеры стали причиной его смерти. В 1959 году во время одной из экспедиций Тамм заразился редким вирусом, передающимся человеку от летучих мышей, и спустя несколько месяцев у него начались проблемы с лёгкими. Впрочем, врачи поставили диагноз, не связанный с летучими мышами, — БАС. Последние три года жизни Тамм провёл на аппарате ИВЛ (сегодня, к сожалению, не нужно расшифровывать это сокращение). «Теперь я понимаю, что чувствует жук, которого насадили на булавку», — грустно шутил учёный, когда его навещали ученики. Но даже лёжа в кровати, с трубками в трахее, Тамм продолжал работать. Записи в его научных дневниках обрываются в апреле 1971 года…

Именем Игоря Тамма назван кратер на обратной стороны Луны, на Алтае есть пик Тамма и перевал Тамма. В Москве — площадь его имени. Во Владивостоке, на родине — памятник перед корпусом Института физики Дальневосточного федерального университета. Имя академика Тамма вошло в список самых влиятельных россиян XX столетия.

Но все это, конечно, пустяки — по сравнению с плотностью и плодотворностью жизни, которую ему удалось прожить.

Анонимные “стипендии” для талантливых людей

По воспоминаниям близких, с деньгами Тамм расставался легко и часто раздавал их нуждающимся, ссылаясь на то, что ему “все равно этих денег не потратить”. Дом его всегда был открыт для гостей. Хотя деньги в семье появились лишь после получения Сталинской и Нобелевской премий. До этого супруге профессора Наталье Васильевне не раз приходилось закладывать золотые фамильные вещи в ломбард, а однажды продать свой каракулевый сак. 

– Некий достаток возник, когда Игорь Евгеньевич получил Сталинскую премию, – вспоминал ученик Тамма Андрей Сахаров. – Но часть из нее он сразу же выделил нуждающимся талантливым людям. Он попросил найти таких и связать его с ними, но эти люди не знали, откуда они получают деньги.

Одной из обладательниц анонимной “стипендии” Тамма стала дочка дворничихи, ухаживающая за слепой сестрой. Благодаря этой помощи ей удалось окончить институт, но она так никогда и не узнала, кто ей помог.

Фото: Соцсети 

Мягкость и сила

Несмотря на всю серьезность атомных разработок, легендарный физик-ядерщик был весел, общителен, обладал прекрасным чувством юмора, не чужда ему была и самоирония. Писатель Даниил Гранин говорил о нем так: “Он был весь мягкость и сила”. И вправду, ему были свойственны как редкая доброта и благожелательность к людям, так и твердость, мужество и строгая принципиальность.

…После вручения Нобелевской премии на банкете Игорю Евгеньевичу “выпало” сидеть рядом с королевой Швеции и молодой принцессой. Та жаловалась, что бегать на лыжах можно на севере Швеции, где у них небольшой замок, но ведь его нужно заранее отапливать. В ответ лауреат рассказал ей о соответствующих преимуществах своей дачи в Жуковке под Москвой.

Коллега Тамма, грузинский физик Элевтер Андроникашвили, вспоминал, что как-то они с Игорем Евгеньевичем сидели в гостиничном номере и разговаривали: “Я рассказал, как мой брат Ираклий бросил курить и как потом из него три недели выходил никотин. Тамм переспросил: “Три недели?” – “Три недели”, – авторитетно заявил я. – “Очень красочный рассказ! Я тут же бросаю курить!” – и Тамм воткнул папиросу в пепельницу. Через много месяцев мы встретились в аудитории МГУ. – Элевтер Луарсабович! А я с тех пор так и не курю. Хочу перед вами отчитаться. 

– С каких пор? – с изумлением спросил я. 

– Как, вы не помните своего рассказа? Тогда дайте папиросу! 

Кто-то протянул портсигар, и Тамм с удовольствием затянулся.

– А ведь вы были правы. Никотин из меня три недели выходил, – сказал Тамм.

С улыбкой рассказывал физик и как когда-то чуть не утонул. Он кричал об этом мальчикам на берегу, но из-за шума прибоя никто его не слышал, а взмахи рук становились все слабее. Тогда он стал повторять себе: “Не трать, куме, сили, сідай на дно” – но все же смог выплыть. 

…В 1967 году Тамм тяжело заболел – где-то в глубоких пещерах, которые так любил исследовать, он, вероятно, подхватил неизлечимую болезнь, вызванную вирусом, гнездящимся в продуктах жизнедеятельности летучих мышей. С февраля 1968 года у ученого наступил паралич диафрагмы, он оказался прикован к дыхательному аппарату. При этом Игорь Евгеньевич не только продолжал теоретические изыскания, но и читал, играл в свои любимые шахматы. Лишь изредка грустно шутил: “Я как жук на булавке”. В апреле 1971 года великого ученого и великого человека не стало. 

Биография

Игорь Евгеньевич Тамм родился 26 июня (8 июля) 1895 года во Владивостоке в семье инженера Евгения Фёдоровича Тамма (немца по национальности) и Ольги Михайловны Давыдовой. В 1898 году его семья переехала в Елисаветград (сейчас Кропивницкий, Украина), где отец Игоря много лет проработал «городским инженером»: руководил водоснабжением и строительством городской электростанции.

В 1901 году родился младший брат Игоря, Леонид, ставший впоследствии заместителем главного инженера Главного управления азотной промышленности Наркомата тяжелой промышленности СССР (был расстрелян 28 мая 1937 года по обвинению в участии в контрреволюционной троцкистско-зиновьевской террористической организации).

После окончания гимназии в Елисаветграде Игорь Тамм учился в университете Эдинбурга. Перед началом Первой мировой войны перевёлся на физико-математический факультет Московского университета, который и окончил в 1918 году с дипломом по физике.

Уходил добровольцем на фронт в качестве «брата милосердия». После кратковременного увлечения политикой (меньшевик-интернационалист, депутат 1-го Съезда Советов от Елисаветграда) начинает академическую карьеру. Преподаёт в различных высших учебных заведениях: Таврическом университете (Симферополь) (1919—1920 годы), с 1920 года сотрудничает с Л. И. Мандельштамом, работает в Одесском политехническом институте (с 1993 года — Одесский национальный политехнический университет) (1921—1922), где Л. И. Мандельштам заведовал кафедрой.

С 1922 года (с двумя краткими перерывами) и до конца карьеры деятельность И. Е. Тамма протекает в Москве. В течение многих лет он руководит кафедрой теоретической физики физфака МГУ, где становится доцентом и профессором. Эта кафедра была одной из ключевых кафедр факультета, так как на этой кафедре преподавались общие курсы: теоретической механики, электродинамики, квантовой механики, статистической физики.

С 1934 года дополнительно работает в ФИАН имени П. Н. Лебедева, основывает и возглавляет там теоретический отдел.

1 февраля 1933 года И. Е. Тамма избирают членом-корреспондентом АН СССР по отделению математических и естественных наук. Этот стремительный взлёт карьеры прекратился в 1939 году, после того как были арестованы и расстреляны его брат, а также близкий друг Б. М. Гессен. Началось давление со стороны руководства ФИАНа, и. о. заведующего кафедрой был избран В. С. Фурсов.

1942 году стал первым заведующим кафедрой теоретической ядерной физики в МИФИ. Его оппонентом был А. А. Власов, которого поддерживали декан А. С. Предводителев и Учёный совет факультета. В результате Тамм проиграл Власову (5 голосов против 24), но эти результаты были оспорены научным сообществом в виде письма 14 академиков. На должность заведующего кафедрой партийным руководством был назначен В. А. Фок.

В 1949 году Игорь Евгеньевич возвращается в МГУ имени М. В. Ломоносова на кафедру квантовой теории и электродинамики (часть кафедры теоретической физики после разделения оной). И. Е. Тамм получает Сталинскую премию из рук самого И. В. Сталина. 23 октября 1953 года И. Е. Тамм становится академиком Академии наук СССР по отделению физико-математических наук.

В 1955 году подписал «Письмо трёхсот». В 1960-х годах И. Е. Тамм был активным участником Пагуошского движения ученых. В 1966 году подписал письмо 25-ти деятелей культуры и науки генеральному секретарю ЦК КПСС Л. И. Брежневу против реабилитации Сталина.

И. Е. Тамм скончался 12 апреля 1971 года от БАС, который привёл к параличу дыхательных мышц. Незадолго до кончины ему пришлось прибегнуть к ИВЛ с помощью специального аппарата. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище (участок № 7).

Невероятное везение

Игорю Евгеньевичу пришлось побывать и в подвалах деникинской контрразведки, и в подвалах ЧК. Спасло его попросту везение. Чекисты расстреливали тогда каждое утро по 5-6 человек из числа сидевших, но до Тамма очередь не дошла, его выпустили по приказу Дзержинского. Начальник ГубЧК, отпуская, с явным сожалением заметил: “А ведь ты все-таки белый шпион!” – “Почему?” Начальник показал отобранную при обыске школьную фотографию будущей жены, на обороте которой было написано: “Мы все твои агенты”.

Одна из многочисленных легенд, связанная с ученым, рассказывает о том, как Тамму повезло вырваться из плена одного из воинских формирований Махно. В то время он преподавал в Одесском политехническом университете. Город был занят красными, а Тамм отправился в соседнюю деревню, чтобы узнать, сколько цыплят можно получить в обмен на полдюжины серебряных ложек. Когда в село ворвалась махновская банда, в Тамме, одетом в городской костюм, заподозрили большевика. Профессора отвели к атаману – “бородатому мужику в высокой меховой шапке, у которого на груди сходились крест-накрест пулеметные ленты, а на поясе болталась пара ручных гранат”. Ученый стал объяснять, что преподает математику, на что атаман лишь усмехнулся.

– Математику? – переспросил атаман. – Тогда найди мне оценку приближения ряда Маклорена первыми n членами. Решишь – выйдешь на свободу, нет – расстреляю.

Тамм не мог поверить своим ушам: задача относилась к довольно узкой области высшей математики. С дрожащими руками и под дулом винтовки он сумел-таки вывести решение и показал его атаману. Только после этого его отпустили.

Вклад И. Е. Тамма в физику

Основные направления научного творчества Тамма относятся к квантовой механике, физике твердого тела, теории излучения, ядерной физике, физике элементарных частиц, а также к решению ряда прикладных задач.

В 1930 Тамм создал квантовую теорию рассеяния света на кристаллах и теорию рассеяния света электронами. В 1931 он (совместно с С. П. Шубиным) разработал квантовую теорию фотоэффекта в металлах. К этому направлению относятся и работы, в которых была показана возможность особых состояний электронов на поверхности кристаллического тела (так называемые уровни Тамма, 1932)

Эти работы впоследствии приобрели важное значение в связи с развитием физики повехностных явлений и микроэлектроники

В 1937 совместно с И. М. Франком Тамм создал теорию Черенкова-Вавилова излучения (Нобелевская премия).

В 1934 и 1936 Тамм публикует работы о природе ядерных сил, оказавшие влияние на решение проблемы сильных взаимодействий. В области ядерной физики широкую известность получил также метод трактовки взаимодействия ядерных элементарных частиц (метод Тамма-Данкова, 1945). В прикладной физике наибольшую известность получили выполненные в 1950-53 совместно с А. Д. Сахаровым работы по удержанию и термоизоляции плазмы с помощью магнитных полей (см. Управляемый термоядерный синтез).

В 1948 Тамм, несмотря на сомнительные по меркам того времени анкетные данные (его брат, Л. Е. Тамм, инженер-химик, в 1937 был расстрелян как «враг народа»), а также ряд его сотрудников были привлечены к созданию ядерного оружия (в 1950-53 Тамм жил и работал в закрытом городе Арзамас-16). Это было следствием как непосредственно его высокой научной репутации, так и репутации школы Тамма.

Среди его учеников — С. П. Шубин, В. Л. Гинзбург, Л. В. Келдыш, М. А. Марков, А. Д. Сахаров.

Характерная черта Тамма-ученого — стремление заниматься наиболее актуальными проблемами физики. Это стремление было связано с присущей ему смелостью — как в научной работе (выбор тематики, подход к решению проблемы и т. д.), так и в жизни. Работа захватывала Тамма целиком. В любых условиях — на заседаниях, дома, в транспорте, в туристических походах — он обдумывал волнующие его проблемы, занимался расчетами. При такой поглощенности наукой он не слишком остро переживал неудачи и быстро переключался на поиск новых подходов к решению проблемы.

Общественный темперамент и принципиальность Тамма ярко проявились в 1950-60-е гг., когда он принял живое участие в борьбе с «лысенковщиной» в биологии. В 1956 по его настоянию на физическом факультете МГУ была создана кафедра биофизики; проблемы преследуемой генетики часто обсуждались на руководимом Таммом общемосковском семинаре в Физическом институте. В эти годы Тамм неоднократно и открыто выступал с докладами и заявлениями о пагубной роли Т. Д. Лысенко в биологии, о псевдонаучности его теорий. В связи с этой деятельностью Н. В. Тимофеев-Ресовский писал: «… И. Е. был не только обаятельным человеком, но и полновесной личностью, внушавшей каждому абсолютное доверие. … И. Е. в моей памяти сохранился в числе личностей необычайно одаренных разнообразными способностями и темпераментом, но в равной степени больших ученых, таких, как Эйнштейн, Бор, Резерфорд, Дирак, Шредингер».

Значение личности Тамма для российских физиков определил А. Д. Сахаров: «Люди моего поколения впервые узнали имя И. Е. Тамма как автора замечательного курса теории электричества — для многих он был откровением… Одновременно до нас доходили раскаты баталий за теорию относительности, за квантовую теорию, доходили пленительные слухи об альпинистских и туристских увлечениях И. Е. К этому времени И. Е. уже был автором многих выдающихся оригинальных работ… Уже к концу 30-х годов имя И. Е. (даже для тех, кто не знал его лично) было окружено ореолом — не в сверхъестественном, а в просто высоком человеческом смысле. В нем, наряду с Ландау, советские физики-теоретики видели своего заслуженного и признанного главу…»

Последние годы жизни

В конце 1968 Тамм серьезно заболел (атрофия участков спинного мозга, ответственных за мышечную деятельность диафрагмы). Была сделана операция для подключения организма к аппарату искусственного дыхания. Первые полтора-два года Тамм еще активно работал: оставаясь «подключенным» к аппарату, садился за письменный стол и занимался по 5-6 часов в день. В это время он был увлечен проблемами теории поля, постоянно общался с сотрудниками своего отдела, интересовался новостями физики, биологии, политики. В 1968 Тамму была присуждена высшая награда АН СССР — золотая медаль имени М. В. Ломоносова. Полагающийся для лауреата доклад на общем собрании Академии, написанный Таммом, по его просьбе прочитал А. Д. Сахаров. В последний год жизни Тамм уже не мог работать за письменным столом, но, оставаясь в постели, до конца занимался наукой, проводил вычисления.

Нобелевка и другие пустяки

Игорь Тамм. Фото: wikipedia.org

Все, кто смотрел научно-популярные фильмы о ядерных реакторах, помнят, что вокруг рабочей зоны в охлаждающей реактор жидкости распространяется красивое голубое сияние. Это так называемый «эффект Черенкова», открытый ещё в 30-е годы, до появления настоящих реакторов. Сам Черенков, обнаруживший это свечение вблизи радиоактивных зон, не мог его объяснить в рамках существующих физических теорий. Тамм заинтересовался этим эффектом. Его объяснение по тем временам казалось почти крамольным: он утверждал (и доказывал это с помощью математической модели), что свечение вызывают элементарные частицы, двигающиеся быстрее скорости света!

Но разве это возможно? Ведь Эйнштейн полагал, что скорость света нельзя превысить! Да, но только скорость света в вакууме. В воде и других средах свет распространяется значительно медленней, и нейтроны могут его обогнать. Именно эти «сверхсветовые» частицы и вызывают свечение…

Сам Игорь Тамм не считал это открытие чем-то чрезвычайно важным и почти о нем забыл, но Нобелевский комитет придерживался иного мнения. В 1958 года Нобелевская премия по физике была присуждена трём советским учёным: открывателю эффекта Черенкову, а также Тамму и Франку (уточнившему математическую модель) — за его эффектное объяснение. Это, кстати, была первая в истории Нобелевка, которую получили русские физики.

Для Тамма, буквально фонтанировавшего теориями, все это казалось вчерашним днём науки, куда важней была возможность сказать несколько слов с нобелевской трибуны. А говорил Игорь Тамм захватывающе, напористо и быстро (его ученики даже в шутку придумали единицу для измерения скорости речи в «один Тамм»). И все-таки для Нобелевской лекции ему не хватало отведённого времени в 40 минут, он заранее попросил Черенкова уступить ещё десять из своего регламента. Говорил не столько о науке, сколько о проблемах войны и мира, о необходимости ядерного разоружения (он ведь был участником всемирного Пагуошского движения учёных за мир, подписывал официальные письма и воззвания к «сильным мира сего»). Речь звучала на почти безупречном английском, чуть испорченном шотландским акцентом, который Тамм «подхватил» во время учёбы в Эдинбурге. Впрочем, это было частью благородной нобелевской традиции, ведь не говорить же с трибуны о реальных проблемах ядерной физики… А от реальных политических проблем он старался держаться подальше — но лишь до тех пор, пока политика не вступала на территорию науки.

Так, например, в 1956 году Тамм, уже получивший звание академика, одним из первых поднял свой голос в защиту генетики, и приложил огромные усилия чтобы прекратилось шельмование учения Вавилова, начатое когда-то Лысенко.

С другой стороны, и настоящей науке в области политики, по мнению Тамма, делать было особо нечего. Когда-то сделавший решительный и бесповоротный выбор между политикой и наукой в пользу последней, Тамм никогда не порицал правозащитную деятельность Андрея Сахарова, с которым их связывали не только долгие годы совместной работы, но и крепкая дружба, и которого он считал крупнейшим из учёных XX столетия. Но все-таки он не раз с горечью говорил, что очень обидно видеть, когда такой талантливый учёный бьётся головой о стену, вместо того чтобы заниматься научной деятельностью.

Примечания

  1. ↑ Тамм Игорь Евгеньевич // Большая советская энциклопедия:
  2. «Отмечая, что создание водородной бомбы и новых конструкций атомных бомб является крупным успехом Советской науки и промышленности, Совет Министров Союза ССР ПОСТАНОВЛЯЕТ:  1. За разработку водородной бомбы с многослойным зарядом и создание основ теории этой бомбы: — присудить Сахарову Андрею Дмитриевичу, академику, и Тамму Игорю Евгеньевичу, академику, Сталинскую премию I степени в размере 1 млн руб. — по 500 тыс. руб. каждому; — премировать Сахарова А. Д. и Тамма И. Е. автомашинами ЗИМ. Построить за счет государства и передать в собственность Сахарову А. Д. и Тамму И. Е. дачи с обстановкой; — установить Сахарову А. Д. и Тамму И. Е. двойные оклады жалования на все время работы по специальным заданиям». (Постановление СМ СССР № 3044-1304сс «О присуждении Сталинских премий научным и инженерно-техническим работникам Министерства среднего машиностроения и других ведомств за создание водородной бомбы и новых конструкций атомных бомб». 31 декабря 1953 г. // Атомный проект СССР: документы и материалы. Т. 3. Кн. 2. — 2009. — С. 107—122.)

“Расстрельная” биография

Родился выдающийся физик в 1895 году в семье инженера во Владивостоке. Через три года семья переехала в Украину, в Елисаветград (ныне Кропивницкий), где мальчик окончил гимназию. Родители хотели уберечь сына от надвигающихся революционных бурь, поэтому отправили его на учебу в Эдинбургский университет. Впрочем, Игорь отучился там всего лишь год, приехал домой на каникулы и… попросился на фронт Первой мировой “братом милосердия”, поскольку по состоянию здоровья служить не мог. Когда в 1917 году грянула революция, Игорь Тамм стал депутатом 1-го Съезда Советов от Елисаветграда, будучи членом партии меньшевиков-интернационалистов. Однако уже через год с головой ушел в науку. Беспартийный деятель науки, учившийся в Шотландии и стажировавшийся в Голландии, в 1936 году стал братом “врага народа”: арестован и осужден на 10 лет его младший брат, инженер-химик Леонид Тамм, который погиб в заключении в 1942 году. А через два года после этого, в 1944-м, были репрессированы за немецкие корни его отец и сестра Татьяна. Самого Игоря тоже могли не раз объявить “врагом народа”, но вместо этого, как ни удивительно, Тамм начал участвовать в разработке первой в мире водородной бомбы. 

Фото: s44.radikal.ru 

Научная карьера

По окончании МГУ Тамм преподавал физику в Таврическом университете (Симферополь), а затем в Одесском политехническом институте (1919-22). Здесь, под руководством Л. И. Мандельштама, которого Тамм всю жизнь считал своим учителем, он выполнил первые научные исследования. В 1922 Тамм переехал в Москву и в 1924 был приглашен заведующим кафедрой теоретической физики в МГУ (преподавал до 1941 и в 1954-57). В 1929 он издает учебник «Основы теории электричества» (10 издание в 1989), получивший широкую известность и переведенный на многие языки.

С 1934, после переезда Академии наук в Москву, Тамм работает в Физическом институте АН СССР. В 1935 он организовал в Институте Теоретический отдел, которым руководил до конца жизни (с 1971 отдел носит имя Тамма).

В 1933 Тамм избирается членом-корреспондентом АН СССР, в 1953 — академиком. В 1946 и 1953 награждается Государственной премией, в 1953 получает звание Героя Социалистического Труда, в 1958 — Нобелевскую премию.

Семья. Годы учения

Отец, Евгений Федорович, инженер, работал в разных городах России — во Владивостоке, где участвовал в строительстве Транссибирской магистрали (до сих пор под Владивостоком есть названная в его честь станция «Евгеньевка»), Одессе, Елизаветграде (ныне Кировоград, Украина), Киеве. Мать, Ольга Михайловна, урожденная Давыдова, происходила из семьи военного. В 1913 Тамм, после окончания в Елизаветграде гимназии, поступил в Эдинбургский университет. Родители, опасаясь чрезмерного увлечения сына политикой и «революционными идеями», хотели, чтобы он учился за границей. Однако в 1914 Тамм перевелся на физико-математический факультет МГУ, который закончил в 1918. Учеба прерывалась добровольной поездкой на фронт в качестве «брата милосердия» (март-сентябрь 1915) и участием в работе Первого Всероссийского съезда Советов в июне 1917 (делегат от партии меньшевиков). В 1917 Тамм женился на Наталье Васильевне Шуйской.

НАШИ ЛЮДИ

Яценко, Леонид Петрович
Физики

украинский физик действительный член Национальной академии наук Украины, директор Института физики НАН Украины

Ярив, Амнон
Физики

израильский и американский профессор прикладной физики и электротехники в Калифорнийском технологическом институте, известный своими разработками в области оптоэлектроники

Яппа, Юрий Андреевич
Физики

советский и российский физик-теоретик

Янус, Рудольф Иванович
Физики

советский физик

Янсонс, Юрис (учёный)
Физики

советский и латвийский физик в области механики полимеров

Янский, Карл
Физики

американский физик и радиоинженер, основоположник радиоастрономии

Янг Чжэньнин
Физики

китайский и американский физик

Ялоу, Розалин Сасмен
Физики

американский биофизик

Поделитесь в социальных сетях:FacebookTwittervKontakte
Напишите комментарий