Иванов Вячеслав Иванович

Художественные установки

См. также: Аполлонизм и дионисийство

Научные работы Иванова посвящены религиозному мифу («Эллинская религия страдающего бога», 1904; «Религия Диониса», 1905; докторская диссертация «Дионис и прадионисийство», написана в 1921, опубликована в 1923 в Баку — вопросы эллинского культа Диониса и происхождения театра трагедии). Иванов читал в Париже (1903) курс лекций, посвященный религиозному культу Диониса. На мировоззрение Иванова наибольшее влияние оказали Ницше, Владимир Соловьёв, славянофилы, немецкие романтики (Новалис, Гёльдерлин).

Творческие идеалы Иванов ищет в прошлом (Античность, Средневековье, в особенности Византия, к искусству которой редко обращались поэты); там он находит «подлинный» символизм, «органическую» культуру, которую он противопоставляет культуре буржуазной, получившей отражение в творчестве старших символистов. Как теоретик младшей ветви символистов, Иванов нередко выступает с критикой декадентства и импрессионизма, присутствующих в поэзии старших символистов. По Иванову, задача символистов — уход от «индивидуального», интимного в искусстве, создание народного, синтетического искусства, которое отступит от иллюзий, ознаменует объективные реальности. Поэт не должен стремиться к уединению, он обязан стать «голосом народа». Иванов отвергает «парнасский» принцип искусства для искусства и переходит к искусству религиозному, реалистическому (в противовес идеалистическому) символизму. В лирике метафору как основной поэтический приём должен заменить религиозный миф, который является высшей реальностью человеческого духа; в обеспечении этой замены и состоит, согласно Иванову, подлинная задача поэта-символиста.

Основные темы поэзии Иванова, его религиозного «мифа» — смерть и последующее возрождение, отчаяние и следующая за ним надежда; темы воскресения, прославления жертвенного страдания отличают творчество Иванова от творчества старших символистов, в котором важное место имела тема безысходности; в основе поэзии Иванова лежит жизнеутверждающее, оптимистическое начало. Иванов не разделяет пессимизм старших символистов и видит в будущем образование «слепительного», «всерадостного» Да

Декадентские темы одиночества, отчаяния отходят на второй план; их место в творчестве Иванова занимают темы торжества соборности, богоискания, богоявления, мистической любви, одолевающей смерть.

В отличие от импрессионистской поэзии старших символистов, поэзия Иванова основана на гармонии, единстве, целостности. Иванов пытается найти собственно-символистские средства выражения. Так, лирика нередко становится эпизированной, драматизированной, иногда превращаясь в монолог или драматическую сцену. Отражение субъективной, индивидуальной точки зрения не характерно для поэзии Иванова. Чаще встречается изложение от третьего лица или от имени некоего коллектива («мы»); иногда мы видим обращение одного коллектива к другому (поэтам, верующим, пророкам, всему человечеству). Многие стихи Иванова сродни одам, дифирамбам и словно созданы для ритуальных действ, торжественной декламации; холодная поэзия Иванова богата анахронизмами, изысканными, отточенными фразами. Последние делятся на несколько сложноподчинённых частей и богаты неординарными инверсиями.

Поэзия Иванова статична, предметна, величава, не напевна, динамизм чужд её «богослужебной» застылости; в стихах почти отсутствуют глаголы (часто сказуемые выражаются существительными и др.). Из стихотворных размеров Иванов предпочитает ямб и хорей. Пейзажи Иванова обычно бездвижны, описывают неживую природу — груды камней, расплавы металлов, грани кристаллов («жемчужный час», «алмазный дождь», «блестящих отсветов недвижные столпы», «медная грудь моря» и т. п.).

[править] Биография

Окончив Первую Московскую гимназию, продолжил обучение сперва на историко-филологическом факультете Московского университета (два курса), затем в Берлине, где, помимо филологии, много занимался историей под руководством Моммзена, а также философией. На мировоззрение Иванова наибольшее влияние оказали Ницше, Владимир Соловьёв, славянофилы, немецкие романтики (Новалис, Фридрих Гёльдерлин). Много путешествовал — начиная с объехал значительную часть Европы (жил некоторое время в Афинах, затем в Женеве), посетил Палестину, Египет. Жил преимущественно в Италии и России (окончательно переселился в Италию в 1924 году). В познакомился с Лидией Зиновьевой-Аннибал, поэтессой и переводчицей, спустя пять лет ставшей женой Иванова. Тогда же близким другом семьи Иванова становится М. М. Замятнина; она оказывала большую помощь поэту вплоть до своей смерти в .

Ранние сонеты Иванова, описывающие горную природу Ломбардии и Альп, созданы под сильным влиянием поэзии католического мистицизма. Первое выступление в печати Иванова-поэта относится к (большую помощь оказал тогда молодому поэту Владимир Соловьёв, с которым Иванов познакомился в ). В — Иванов знакомится с В. Я. Брюсовым, К. Д. Бальмонтом, Ю. К. Балтрушайтисом, Д. С. Мережковским и З. Н. Гиппиус, А. А. Блоком. В поэт поселился в Петербурге; его квартира в доме на углу Таврической и Тверской (дом 1) улиц («башня»), в которой по средам собирался кружок младосимволистов, была одним из идейных центров русского символизма, «творческой лабораторией» поэтов; в литературных «средах» Иванов видел проообраз «соборных» общин. Иванов сотрудничал в журналах «Весы», «Золотое руно», «Труды и дни», «Аполлон», «Новый Путь», руководил издательством «Оры»; участвовал в деятельности Петербургского религиозно-философского общества, публиковался в альманахе «Северные цветы», преподавал (1910—) историю древнегреческой литературы на Высших женских курсах. В сблизился с С. М. Городецким; эта дружба дала Иванову новые темы, и в 1907 году он выпустил сборник «Эрос» (Изд. «Оры», С.-Петербург).

Большим ударом для поэта стала скоропостижная смерть жены в 1907 году. После этого поэт глубоко ушёл в теософию и мистику. В женился на своей падчерице Вере Шварсалон, дочери Зиновьевой-Аннибал; от этого брака родился сын Дмитрий (—).

В 1907— — после того, как Иванов поддержал теорию «мистического анархизма» Георгия Чулкова — произошёл окончательный разрыв поэта со старшими символистами (впрочем, дружбу с Брюсовым Иванов сохранял вплоть до смерти «зачинателя» русского символизма). По возвращении из длительного путешествия по Италии (1912—1913) Иванов сблизился с литературным критиком М. О. Гершензоном, философом С. Н. Булгаковым, композитором А. Н. Скрябиным.

Активную культурно-педагогическую деятельность Иванов продолжал и после Октябрьской революции; в – жил в Баку, где был сперва профессором, а затем и ректором университета, работал в народном комиссариате просвещения Азербайджанской ССР. Последние годы жизни провёл в Италии, где занимался в основном переводами произведений античных и средневековых поэтов (Сапфо, Эсхила, Алкея, Петрарки и др.), лишь изредка публикуя новые произведения (цикл «Римские сонеты», 1924; поэма «Человек» (Из-во «Дом книги», Париж), 1939). Иванов жил в Италии уединённо, поддерживая общение лишь с некоторыми из русских эмигрантов (из старших — с Мережковскими, из младших — с И. Н. Голенищевым-Кутузовым).

Сочинения[править]

Стихотворения, поэмыправить

  • Кормчие звёзды: Кн. лирики. — СПб.: Тип. А. С. Суворина, .
  • Прозрачность: 2-я кн. лирики. — М.: Скорпион, .
  • Эрос. — СПб.: Оры, .
  • Cor ardens. Ч. 1, 2. — М.: Скорпион, —.
  • Нежная тайна; Лепта. — СПб.: Оры, .
  • Младенчество. — Пг.: Алконост, .
  • Прометей: Трагедия. — Пг.: Алконост, .
  • Человек: Поэма. — Париж: Дом книги, .
  • Свет вечерний. — Оксфорд, . (Подготовлен к печати автором.)

Переводыправить

  • Алкей и Сафо. Собрание песен и лирических отрывков. — М.: Изд. М. и С. Сабашниковых, .
  • Петрарка Ф. Автобиография; Исповедь; Сонеты / Пер. М. Гершензона (проза) и Вяч. Иванова; вступ. очерк М. Гершензона. — М.: Изд. М. и С. Сабашниковых, .

Собрания сочиненийправить

  • Собрание сочинений в 6 тт. Т. 1-4, Брюссель, —.
  • Стихотворения и поэмы, Л., .
  • Стихотворения. Поэмы. Трагедия. СПб, Академический проект, .

Третий брак

Большим ударом для поэта стала скоропостижная смерть жены в 1907 году. Чтобы утешить вдовца, в его квартиру въехала теософка Анна Минцлова, которая приобщила его к оккультным практикам. Каждый вечер все обитатели Башни благоговейно слушали по сонате Бетховена в исполнении Минцловой. В те же годы (1907-1908) на почве поддержки Ивановым теории «мистического анархизма» Георгия Чулкова произошёл разрыв поэта с Бальмонтом и Мережковскими. Новым конфидентом Иванова стал начинающий писатель А. Д. Скалдин, с которым завязалась длительная переписка. Хозяйство в доме Иванова продолжала вести подруга его покойной жены Мария Замятнина (1862-1919); на ней же лежали заботы по воспитанию детей.

Между тем Иванов вступил в отношения с дочерью Лидии от первого брака, Верой Шварсалон (1890—1920); в 1912 году у них родился сын Дмитрий (1912—2003). Историю сожительства уважаемого профессора с падчерицей, которая всколыхнула петербургское общество, мог бы замять фиктивный брак Веры с жившим в той же квартире гомосексуалом Михаилом Кузминым, однако тот отказался от его заключения. Когда пасынок Вяч. Иванова, Сергей Шварсалон, вызвал Кузмина на дуэль, тот заявил, что ему как дворянину не пристало драться с разночинцем, однако впоследствии отказался от дуэли уже без ссылок на сословные различия. Как сообщали «Биржевые ведомости» в декабре 1912 года, Шварсалон вошёл «во время второго антракта за кулисы и, быстро направившись к находившемуся в ближайшей от фойе комнате писателю М. Кузмину, ударил его несколько раз по лицу». «Кузмин пострадал довольно сильно — пенсне было разбито, лицо — в крови», — свидетельствовала А. Ахматова. Зимой 1913 года Вяч. Иванов и Вера, пережидавшие скандал за границей, обвенчались в православной церкви города Ливорно — там же, где Иванов венчался с её матерью.

Особенности творчества

Многие произведения Вяча Иванова имеют отсылки к далекому прошлому – Античности и Средневековью, а также Византии – Иванов был одним из немногих писателей, которые обращались к искусству этого государства при создании своих произведений. Именно в этих эпохах поэт нашел для себя то, что назвал «подлинным символизмом».

В стихах Вяча Иванова поднимаются высокие вечные темы, всегда волновавшие поэтов и их читателей: смерть и возрождение, отчаяние и надежда. Стихотворения не динамичны, а скорее производят впечатление чего-то статичного, величавого и тяжелого. Можно заметить, что поэт практически не использует глаголы, что и создает этот эффект неподвижности.

Природу описывали и воспевали многие писатели, но даже это Вяч Иванов делает по-своему. В своих произведениях он упоминает не деревья, не травы, не водоемы, а скорее неживую часть окружающего мира – груды раскиданных камней, сверкающие на солнце кристаллы и расплавленные металлы.

Несмотря на этот аспект, творчество Вяча Иванова в целом удивительно целостно и гармонично, а главными темами являются торжество и любовь, которая способна преодолеть смерть. Поэт часто использует греческие слова – это традиция древнего церковнославянского языка, что подчеркивает величественность и изысканность стихотворений.

Художественные установки

Научные работы Иванова посвящены религиозному мифу («Эллинская религия страдающего бога», 1904; «Религия Диониса», 1905; докторская диссертация «Дионис и прадионисийство», написана в 1921, опубликована в 1923 в Баку — вопросы эллинского культа Диониса и происхождения театра трагедии). Иванов читал в Париже (1903) курс лекций, посвященный религиозному культу Диониса. На мировоззрение Иванова наибольшее влияние оказали Ницше, Владимир Соловьёв, славянофилы, немецкие романтики (Новалис, Гёльдерлин).

Творческие идеалы Иванов ищет в прошлом (Античность, Средневековье, в особенности Византия, к искусству которой редко обращались поэты); там он находит «подлинный» символизм, «органическую» культуру, которую он противопоставляет культуре буржуазной, получившей отражение в творчестве старших символистов. Как теоретик младшей ветви символистов, Иванов нередко выступает с критикой декадентства и импрессионизма, присутствующих в поэзии старших символистов. По Иванову, задача символистов — уход от «индивидуального», интимного в искусстве, создание народного, синтетического искусства, которое отступит от иллюзий, ознаменует объективные реальности. Поэт не должен стремиться к уединению, он обязан стать «голосом народа». Иванов отвергает «парнасский» принцип искусства для искусства и переходит к искусству религиозному, реалистическому (в противовес идеалистическому) символизму. В лирике метафору как основной поэтический приём должен заменить религиозный миф, который является высшей реальностью человеческого духа; в обеспечении этой замены и состоит, согласно Иванову, подлинная задача поэта-символиста.

Основные темы поэзии Иванова, его религиозного «мифа» — смерть и последующее возрождение, отчаяние и следующая за ним надежда; темы воскресения, прославления жертвенного страдания отличают творчество Иванова от творчества старших символистов, в котором важное место имела тема безысходности; в основе поэзии Иванова лежит жизнеутверждающее, оптимистическое начало. Иванов не разделяет пессимизм старших символистов и видит в будущем образование «слепительного», «всерадостного» Да

Декадентские темы одиночества, отчаяния отходят на второй план; их место в творчестве Иванова занимают темы торжества соборности, богоискания, богоявления, мистической любви, одолевающей смерть.

В отличие от импрессионистской поэзии старших символистов, поэзия Иванова основана на гармонии, единстве, целостности. Иванов пытается найти собственно-символистские средства выражения. Так, лирика нередко становится эпизированной, драматизированной, иногда превращаясь в монолог или драматическую сцену. Отражение субъективной, индивидуальной точки зрения не характерно для поэзии Иванова. Чаще встречается изложение от третьего лица или от имени некоего коллектива («мы»); иногда мы видим обращение одного коллектива к другому (поэтам, верующим, пророкам, всему человечеству). Многие стихи Иванова сродни одам, дифирамбам и словно созданы для ритуальных действ, торжественной декламации; холодная поэзия Иванова богата анахронизмами, изысканными, отточенными фразами. Последние делятся на несколько сложноподчинённых частей и богаты неординарными инверсиями.

Поэзия Иванова статична, предметна, величава, не напевна, динамизм чужд её «богослужебной» застылости; в стихах почти отсутствуют глаголы (часто сказуемые выражаются существительными и др.). Из стихотворных размеров Иванов предпочитает ямб и хорей. Пейзажи Иванова обычно бездвижны, описывают неживую природу — груды камней, расплавы металлов, грани кристаллов («жемчужный час», «алмазный дождь», «блестящих отсветов недвижные столпы», «медная грудь моря» и т. п.).

Ранние годы. Жизнь за границей

Родился в семье землемера Ивана Евстихиевича Иванова (1816—1871), служившего в Контрольной палате. Мать — Александра Дмитриевна Преображенская (1824—1896), внучка сельского священника. До отъезда за границу жил с матерью, которая «была женщина самобытная, проницательного ума и живого воображения, одарённая чувством изящного, особенно в музыке и слове, и глубоко мистическим чувством». По окончании Первой Московской гимназии женился на Дарье Михайловне Дмитриевской (1864—1933).

Продолжил обучение сперва на историко-филологическом факультете Московского университета (1884—1886, два курса), затем в Берлинском университете (1886—1890), где, помимо филологии, много занимался историей под руководством Моммзена, а также философией. В 1896 году Гиршфельд и Моммзен приняли его диссертацию о налогах в Римской империи, написанную на латыни, но устный экзамен на учёную степень Иванов не сдавал.

Иванов провёл на западе Европы всю свою молодость, в общей сложности 18 лет. Начиная с 1891 года много путешествовал: подолгу жил в Италии, некоторое время в Афинах, затем в Женеве. С августа 1899 до весны 1900 г. занимался в библиотеке Британского музея. На пасху 1901 г. посетил Палестину, Каир и Александрию. Главным авторитетом для себя в те годы считал И. М. Гревса, с которым активно переписывался.

В июле 1894 г. познакомился с Лидией Зиновьевой-Аннибал, поэтессой и переводчицей, спустя пять лет ставшей его женой. В мае 1896 г. по обоюдному согласию оформлен развод с Дмитриевской. В союзе с Лидией Зиновьевой-Аннибал родилась дочь Лидия (1896—1985).

В 1896 г. произошла встреча Иванова с Владимиром Соловьёвым, которая перевернула его жизнь. Русский мыслитель стал его духовным наставником («покровителем музы и исповедником сердца») и дал название его первой книге стихов. Первое выступление в печати Иванова-поэта (инициированное Соловьёвым) относится к 1898 году. Ранние сонеты Иванова, описывающие горную природу Ломбардии и Альп, созданы под сильным влиянием поэзии католического мистицизма.

В 1903 и 1904 годах Иванов знакомится с русскими символистами — В. Я. Брюсовым, К. Д. Бальмонтом, Ю. К. Балтрушайтисом, Д. С. Мережковским и З. Н. Гиппиус, А. А. Блоком. Собратьев по символизму он впечатлил систематической начитанностью и блестящими спекулятивными построениями. После года сотрудничества в символистских изданиях наконец появился в России, что стало событием культурной жизни. В марте 1904 г. во всех литературных салонах было только и разговоров:

Сочинения

Портрет работы К. Сомова (1906)

Стихотворения, поэмы

  • Кормчие звёзды: Кн. лирики. — СПб.: Тип. А. С. Суворина, .
  • Прозрачность: 2-я кн. лирики. — М.: Скорпион, .
  • Тантал. Трагедия. — 1905
  • Эрос. — СПб.: Оры, .
  • Cor ardens. Ч. 1, 2. — М.: Скорпион, —.
  • Нежная тайна; Лепта. — СПб.: Оры, .
  • Младенчество. — Пг.: Алконост, .
  • Прометей: Трагедия. — Пг.: Алконост, .
  • Человек: Поэма. — Париж: Дом книги, .
  • Свет вечерний. — Оксфорд, . (Подготовлен к печати автором.)

Сборники критических статей

  • Борозды и межи. — М., .
  • Родное и вселенское. — М., .
  • Переписка из двух углов. Статьи, 1921 (с М. Гершензоном)
  • Dostojewski, Tragödie-Mythos-Mystik, Tübingen, 1932

Переводы

  • Алкей и Сафо. Собрание песен и лирических отрывков. — М.: Изд. М. и С. Сабашниковых, .
  • Петрарка Ф. Автобиография; Исповедь; Сонеты / Пер. М. Гершензона (проза) и Вяч. Иванова; вступ. очерк М. Гершензона. — М.: Изд. М. и С. Сабашниковых, .

Автобиография — см. в кн. «Русская литература XX в.», под редакцией С. А. Венгерова. — М., 1916.

Собрания сочинений
  • Собрание сочинений в 6 тт. Т. 1-4, Брюссель, Foyer oriental chretien,—.
  • Стихотворения и поэмы, Л.: Советский писатель, . — (Библ. поэта, малая серия)
  • Стихотворения. Поэмы. Трагедия. В 2-х тт., СПб.: Академ. проект, . — (Библ. поэта, больш. серия)
Сборники

Иванов В. И. Родное и вселенское М.: Республика, 1994. — («Мыслители XX века»).

воззрения

Вячеслав Иванов последовательно реализовывал свой революционно-архаизирующий проект, который носил довольно отчетливый антихристианский характер, поскольку в них смыкается понимание Христианства в языческом смысле, а язычества – в христианском.

Вячеслав Иванов описывает дионисические оргии, подчеркивая их якобы христианское содержание, а говоря о христианском культе, указывает на дионисические, то есть пседоницшеанские в случае Вячеслава Иванова, мотивы. Дионисийство Вячеслав Иванов настойчиво пропагандировал в качестве предтеч Христа и Христианства.

По верному изложению Андрея Белого, в программе нового общинного возрождения Вячеслава Иванова «1) утверждается за мифом религиозная сущность искусства; 2) утверждается происхождение мифа из символа; 3) прозревается в современной драме заря нового мифотворчества; 4) утверждается новый символический реализм; 5) утверждается новое народничество» .

Обратим внимание на «новый символический реализм», который лежит в основе атеистической мистификации Литургии. Действительно, от Вячеслава Иванова, о

Павла Флоренского и Одо Казеля через о. Александра Шмемана и до наших дней в «литургическом богословии» ритуалу, символическим действиям во время богослужения придается «реальное» значение, гораздо более «реальное» и прямо самоспасительное, нежели в Православии.

На квазилитургическом общественном фоне христианское богослужение теряет свою уникальность, и литургией становится искусство и сама обыденная жизнь.

Андрей Белый проницательно спрашивал Вячеслава Иванова: «Театр будто бы должен стать храмом. Но для чего должен стать храмом театр, когда параллельно с театром у нас есть и храмы? В храме совершается богослужение. Там совершаются Таинства. „Пусть и в театре совершаются Таинства“ – так говорят нам новейшие теоретики драмы. Но что понимать под Таинством? И что понимать под богослужением? Существовавшие и существующие религии дают нам на это положительный, а не фигуральный ответ. Считаемся мы или не считаемся с этим ответом, но смысл его мы понимаем» .

Далее Андрей Белый верно указывает, что в новом холистическом действе в центре находится не Таинство с его догматическим смыслом, а тайна как неясность, как мистическое ничто. И Андрей Белый, сам весьма хорошо осведомленный в теургии символистов, справедливо опасался, что такая пустота является мистическим анархизмом, то есть полной свободой по ту сторону добра и зла.

На фоне революционных событий революции 1905 года оформляются идеи Вячеслава Иванова о «соборном культе», «соборном искусстве», новой общинной жизни, «новом народничестве», теургии. Исходя из «религиозного реализма» (он же «новый символический реализм»), Вячеслав Иванов предпринимает попытку создать в своем кругу «общину будущего», построенную на дионисических оргиастических основах. Любопытным образом это символистское мифотворчество соединяет в себе «формы организации Любви» с всеобщим голосованием и социальной революцией. Как отмечал Андрей Белый, «указывая на дионисические основы общины будущего, Вяч. Иванов возводит общественность в религиозный принцип, указывая на трагический элемент общественных отношений» .

концепты

Творчество Вячеслава Иванова

Н. Ульянов. Портрет поэта-символиста Вячеслава Иванова (1920). Государственный Русский музей (Петербург)

Творческое наследие Вячеслава Иванова многообразно, оно состоит из оригинальных и переводных поэтических произведений, публицистики, философских эссе, литературоведческих и антиковедческих монографий.

Истоки 

Истоки поэзии Иванова – в религиозно-мистических исканиях «соборности», под которой понималось преодоление людской разобщённости, буржуазного индивидуализма эпохи; в утопических надеждах на некое обновление религии, на новую эру в судьбах мира и человечества, когда восторжествует «синтетическое», «всенародное» искусство и красота. Поэт, по утверждению Иванова, – «религиозный устроитель жизни», а религия – «чувствование связи всего сущего и смысла всяческой жизни». Социально-политический подход к истории и обществу В. Ивановым, как и другими символистами, отвергался.

Вяч. Иванов

(Из сборника «Прозрачность»)

Вздыбились космы снеговыеВ медяном мареве гребней,Как гривы бурно-огневыеДалече пышащих коней.

Грозя, мерцает призрак горныйЧрез сизый пепл и мрак завес.Чуть зрим во мгле предел озёрный,Как бы за ним Аид воскрес,

Как бы за вставшей ПерсефонойВ лугах с подснежником весны —Погнал свой упряг медноконныйЦарь преисподней глубины.1904

Сложность восприятия стихов 

Многие стихи В. Иванова чрезмерно отягощены филологической учёностью и трудны для восприятия; поэту присуща пышная, красочная и по-своему оригинальная архаическая лексика, сложные инверсии, тяжёлая медлительность и «густота» стиха, в котором, по замечанию советского литературоведа, как бы воплощена идея «вечного» русского языка «от Иллариона и Епифания Премудрого до словаря Даля».

К. Сомов. Портрет Вячеслава Иванова (1906)

Тематика стихов

Россия появлялась в стихах В. Иванова изредка, чаще мы видим в них картины античности, итальянский пейзаж, горы и моря южной Европы. Его творчество считали «скитаниями славянина по чужим странам и дальним векам».

Вяч. Иванов «На родине»

Посостарилось злато червонное,Посмуглело на гла́вах старых!Сердце сладко горит, полонённое,В колыбельных негаснущих чарах.

Сердце кротко, счастливое, молится,Словно встарь, в золотой божнице…Вольное ль вновь приневолится –‎К родимой темнице?13 июня 1905

Вяч. Иванов «Собор святого Марка»

Царьградских солнц замкнув в себе лучи,Ты на порфирах темных и агатахСтоишь, согбен, как патриарх в богатыхИ тяжких ризах кованой парчи,

В деснице три и в левой две свечиПодъемлющий во свещниках рогатых, –Меж тем как на галерах и фрегатахСокровищниц початки и ключи

В дарохранительный ковчежец БожийВселенная несет, служа жезламФригийскою скуфьей венчанных дожей,

По изумрудным Адрии валам;И роза Византии червленеетГде с книгой лев крылатый каменеет.

Многое в наследии Иванова уже устарело, но роль, которую он сыграл в литературном движении начала XX в., и такие мастерские его произведения, как «Зимние сонеты» и «Римские сонеты», не позволяют игнорировать его вклад в поэзию.

Вяч. Иванов. Сонет 12 (из «Зимних сонетов»)

То жизнь – иль сон предутренний, когдаСвежеет воздух, остужая ложе,Озноб крылатый крадется по кожеИ строит сновиденье царство льда?

Обманчива явлений череда:Где морок, где существенность, о Боже?И явь и греза – не одно ль и то же?Ты – бытие; но нет к Тебе следа.

Любовь – не призрак лживый: верю, чаю!…Но и в мечтанье сонном я люблю,Дрожу за милых, стражду, жду, встречаю…

В ночь зимнюю пасхальный звон ловлю,Стучусь в гроба и мертвых тороплю,Пока себя в гробу не примечаю.Декабрь 1919 – февраль 1920

А. Голубкина. Портрет Вячеслава Иванова (1914)

Переводы

Вячеслав Иванов был замечательным переводчиком. Он перевёл стихи Алкея, Сапфо, Новалиса и многих других поэтов.

Вяч. Иванов. Сонет из Петрарки

Ни ясных звезд блуждающие станы,Ни полные на взморье паруса,Ни с пёстрым зверем тёмные леса,Ни всадники в доспехах средь поляны,

Ни гости с вестью про чужие страны,Ни рифм любовных сладкая краса,Ни милых жен поющих голосаВо мгле садов, где шепчутся фонтаны, –

Ничто не тронет сердца моего.Всё погребло с собой моё светило,Что сердцу было зеркалом всего.

Жизнь однозвучна. Зрелище уныло.Лишь в смерти вновь увижу то, чегоМне лучше б никогда не видеть было.

  • < Назад
  • Вперёд >

Возвращение в Россию

В 1905 году Вяч Иванов вернулся в Россию, но поселился не в родном городе, а в Петербурге. В его квартире каждую неделю собирались великие творцы Серебряного века: они обсуждали новые идеи, делились набросками своих произведений и новостями из литературного мира. Вяч Иванов находился на пике своей славы и сотрудничал с большим количеством популярных в то время журналов.

После смерти жены поэт женился в третий раз. В 1913 Вяч Иванов с супругой переехали в Москву, где произошло знакомство с композитором Скрябиным.

Октябрьская революция была не понята и не принята Ивановым. Как и многие другие писатели, художники и композиторы, не одобрявшие идею революции, он пытался эмигрировать из России. Еще одной причиной для переезда стал туберкулез жены. Несмотря на все это, в выезде было отказано, и Ивановым пришлось остаться на родине.

В 1920 году супруга поэта скончалась, и Вяч Иванов переехал в Баку, где преподавал филологию.

Сочинения

Портрет работы К. Сомова (1906)

Стихотворения, поэмы

  • Кормчие звёзды: Кн. лирики. — СПб.: Тип. А. С. Суворина, .
  • Прозрачность: 2-я кн. лирики. — М.: Скорпион, .
  • Тантал. Трагедия. — 1905
  • Эрос. — СПб.: Оры, .
  • Cor ardens. Ч. 1, 2. — М.: Скорпион, —.
  • Нежная тайна; Лепта. — СПб.: Оры, .
  • Младенчество. — Пг.: Алконост, .
  • Прометей: Трагедия. — Пг.: Алконост, .
  • Человек: Поэма. — Париж: Дом книги, .
  • Свет вечерний. — Оксфорд, . (Подготовлен к печати автором.)

Сборники критических статей

  • Борозды и межи. — М., .
  • Родное и вселенское. — М., .
  • Переписка из двух углов. Статьи, 1921 (с М. Гершензоном)
  • Dostojewski, Tragödie-Mythos-Mystik, Tübingen, 1932

Переводы

  • Алкей и Сафо. Собрание песен и лирических отрывков. — М.: Изд. М. и С. Сабашниковых, .
  • Петрарка Ф. Автобиография; Исповедь; Сонеты / Пер. М. Гершензона (проза) и Вяч. Иванова; вступ. очерк М. Гершензона. — М.: Изд. М. и С. Сабашниковых, .

Автобиография — см. в кн. «Русская литература XX в.», под редакцией С. А. Венгерова. — М., 1916.

Собрания сочинений
  • Собрание сочинений в 6 тт. Т. 1-4, Брюссель, Foyer oriental chretien,—.
  • Стихотворения и поэмы, Л.: Советский писатель, . — (Библ. поэта, малая серия)
  • Стихотворения. Поэмы. Трагедия. В 2-х тт., СПб.: Академ. проект, . — (Библ. поэта, больш. серия)
Сборники

Иванов В. И. Родное и вселенское М.: Республика, 1994. — («Мыслители XX века»).

Эмиграция. Переход в католичество

Могила В. Иванова в Риме

Последние десятилетия Иванов провёл в Италии. Первое, что было им написано по прибытии, — цикл «Римские сонеты». Жил он уединённо и до 1936 г. не публиковал новых поэтических произведений, поддерживая общение лишь с некоторыми из русских эмигрантов (из старших — с товарищем по масонствуАничковым, Мережковскими, Буниным, из младших — с И. Н. Голенищевым-Кутузовым). Хозяйство в его доме вела секретарь и спутница всей его эмигрантской жизни Ольга Дешарт (1894-1978, племянница пианиста Д. Шора).

В 1926 году в соборе Св. Петра Вячеслав Иванов совершил акт соединения с католической церковью по формуле Вл. Соловьева. В 1926—1934 годах занимал место преподавателя-лектора иностранных языков в коллегии Карла Борромея в Павии и читал курсы по русской литературе в Павийском университете. В 1927 г. на встречу в Павию приезжал состоявший с ним в переписке Мартин Бубер.

Поселившись в 1936 г. в квартире на Тарпейской скале, В. И. Иванов до 1943 г. преподаёт церковнославянский язык в Папском восточном институте и папской коллегии «Руссикум», читает лекции по русской литературе, в частности, по Достоевскому. В 1941-45 принимал участие в работе Литургической комиссии, по заказу Конгрегации Восточных церквей Ватикана составил введение и примечания к Деяниям и Посланиям Апостолов, а также к Откровению св. Иоанна, в 1948—1949 — введение и примечания к Псалтири.

Итогом размышлений Иванова о судьбах России стала объёмная «Повесть о Светомире царевиче», написанная оригинальной ритмической прозой и стилизованная под византийские повести. В процессе мифотворчества повесть разрослась в целую эпопею, «русскую Илиаду», где излагается «альтернативная, реально не имевшая места история России (и отчасти Византии)» до Ледяного похода и сталинских лагерей включительно.

Иванов работал над «Повестью» с 1928 года, чеканя каждую фразу, и на смертном одре завещал Ольге Дешарт закончить свой труд на основании оставленных им заметок. Умер он в Риме в возрасте 83 лет. Его могила находится на кладбище Тестаччо. Накануне смерти его мысли были о Лидии Зиновьевой:

…И надвое, что было плоть одна,
Рассекла смерть секирой беспощадной.

Ольга Дешарт, будучи хранительницей литературного наследия Иванова, подготовила к публикации итоговое собрание стихотворений «Свет вечерний» (Оксфорд, 1962) и собрание сочинений, вышедшее в 1970-е гг. в Брюсселе. В первом томе этого издания был впервые опубликован и законченный О. Дешарт «огромный мифологизированный символ русской жизни и истории» — «Повесть о Светомире царевиче».

Примечания

  1. ↑ Иванов Вячеслав Иванович // Большая советская энциклопедия:
  2. Е. Г. Эткинд. Там, внутри: о русской поэзии XX века. СПб: Максима, 1996. С. 149.
  3. Из письма С. А. Венгерову, конец 1904 г.
  4. Иванова называют одним из последних учеников Моммзена.
  5. Аверинцев С. С. «Скворешниц вольных гражданин…» Вячеслав Иванов: путь поэта между мирами. СПб., 2002. C. 21-22.
  6. Н. А. Бердяев. Мутные лики: типы религиозной мысли в России. М.: Канон, 2004. ISBN 9785883731593. С. 124-126.
  7. Мережковский Д. С. Как Розанов пил кровь // Речь. 1913. 20 ноября.
  8. Иванов Вяч. Собрание сочинений. Том II. Брюссель, 1971-79. С. 756.
  9. Волошин М. Автобиографическая проза. Дневники. М., 1991. С. 269.
  10. М. Волошин. Собрание сочинений. Том 2. М.: Эллис Лак, 2006. С. 435.
  11. Шруба М. Общество ревнителей художественного слова // Литературные объединения Москвы и Петербурга 1890-1917 годов: Словарь. — М: Новое литературное обозрение, 2004. — С. 157. — 448 с.
  12. Знакомые предполагали наличие у неё матримониальных планов в отношении хозяина квартиры. См.: Иванов В. И. Собрание сочинений. Брюссель, 1971. Т. 1. С. 140.
  13. А. А. Кобринский. Об одной несостоявшейся дуэли в XX веке: М. Кузмин и С. Шварсалон. // Проблемы литературы XX века. Архангельск, 2003.
  14. См. поэтический цикл «Стихи смутного времени», дек. 1917-февр. 1918.
  15. ↑ Мирский Д. С. Вячеслав Иванов // Мирский Д. С. История русской литературы с древнейших времен до 1925 года / Пер. с англ. Р. Зерновой. — London: Overseas Publications Interchange Ltd, 1992. — С. 694—698.
  16. Из письма С. Л. Франку. См.: Минувшее. Atheneum, 1987. ISBN 9782906141049. C. 45.
  17. Котрелев Н. В. Вяч. Иванов — профессор Бакинского университета // Уч. зап. Тарт. ун-та. Тарту, 1968. Вып. 209. С. 326–339
  18. Опубликован в 1936 г. в журнале «Современные записки».
  19. Отправной точкой послужило апокрифическое послание пресвитера Иоанна к византийскому императору Мануилу (Joannis presbiteri Epistola, XII век).
  20. ↑ Вячеслав Иванов: материалы и исследования. М.: Наследие, 1996. С. 193.
  21. Последние строки сонета, законченного 14 июля 1949 г.
  22. Адекватность этого завершения авторскому замыслу В. Иванова подвергается сомнению.

Источники

  • Казак В. Лексикон русской литературы XX века = Lexikon der russischen Literatur ab 1917 / . — М. : РИК «Культура», 1996. — XVIII, 491,  с. — 5000 экз. — ISBN 5-8334-0019-8.
  • Davidson P. Viacheslav Ivanov: A reference guide. — New York, 1996.

Библиография

  • Аверинцев С. С. «Скворешниц вольных гражданин…» Вячеслав Иванов: путь поэта между мирами. — СПб., 2002. — 167 c. ISBN 5-89329-452-1
  • Вячеслав Иванов : архивные материалы и исследования. — М.: Русские словари, 1999. — 487 с.
  • Павлова Л. В. У каждого за плечами звери: символика животных в лирике Вячеслава Иванова: Монография. Смоленск: СГПУ, 2004.- 264 с.
  • Павлова Л. В. Этапы изучения поэтического творчества Вячеслава Иванова в России и Зарубежье // Русская филология: Ученые записки Смоленского государственного педагогического университета. T.8 / Сост. и ред. Э. Л. Котова, И. В. Романова. Смоленск: СГПУ, 2004. С. 180—208.
  • Стахорский С. В. Вячеслав Иванов и русская театральная культура начала ХХ века. — М.: ГИТИС, 1991. — 102 с.
  • Стахорский С. В. Вяч. Иванов и утопия «соборного действа» // Стахорский С. В. Искания русской театральной мысли. — М.: Свободное издательство, 2007. — С. 88-128 — ISBN 5-89865-003-0.
  • Гаспаров М. Л. Лекции Вяч. Иванова о стихе в Поэтической Академии 1909 г. // Новое литературное обозрение. 1994. С. 89 — 105. № 10.
  • Шишкин, А. Б. «Чертеж» Андрея Белого к эпилогу поэмы Вяч. Иванова «Человек» // Андрей Белый в изменяющемся мире М. 2008
  • Davidson P. The Poetic Imagination of Vyacheslav Ivanov: A Russian Symbolist’s Perception of Dante. Cambridge, 1989.
Поделитесь в социальных сетях:FacebookTwittervKontakte
Напишите комментарий